?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: литература

Умер замечательный писатель-фантаст Рэй Брэдбери. Мудрый человек с яркой фантазией и непростым характером. Он написал много хороших, хотя и не всегда весёлых книг.

Он всегда очень прямо не без интереса, но без заискивания и без видимого страха смотрел на смерть. Потому, должно быть, и смерть так долго смотрела на него издалека.

И всегда ясно выражал свои мысли, воплощая их в яркие образы. То и другое для писателя стоит дорого и встречается нечасто.И прожил достойную жизнь - 91 год.

Перечитаем немного его простых мыслей, оставшихся нам - его читателям. О том, что можно, и чего нельзя. О жизни, которую он любил, о любви, которая была с ним всегда, и о технике, которую он ненавидел. Нам, наверное, пригодится.

17.13 КБ

Мы все — машины времени. Вот почему всю свою жизнь я нахожусь под очарованием стариков. Потому что я знаю: вот сейчас нажму его потайную кнопку и окажусь в 1900 году. Или на Гражданской войне… А в детстве я встречал ветеранов Гражданской войны!

Если бы человек день и ночь думал о смерти, он стал бы Вуди Алленом.

Нельзя писать умом — надо быть в письме, проживать жизнь над машинкой.

Нельзя жить как ребенок, который ждет не дождется Рождества с подарками под елкой. Всю свою жизнь я просыпаюсь и говорю себе: «Я жду не дождусь именно этого дня».

Я не люблю машины. Я ненавижу Интернет, ненавижу компьютеры. Они мешают нам жить, они отбирают наше время. Люди слишком много работают за компьютерами, они слишком много болтают, вместо того чтобыCollapse )

Что такое Вселенная? Это большой театр. А театру нужна публика. Мы — публика. Жизнь на Земле создана затем, чтобы свидетельствовать и наслаждаться спектаклем. Вот зачем мы здесь. А если вам не нравится пьеса — выметайтесь к черту!

16.99 КБ

P.S. Весть о смерти Рэя Брэдбери Москва встретила абсолютно инопланетной, фантастической серо-фиолетовой грозой. Сейчас она прошла, я посмотрел в окно и подумал, что Брэдбери был прав: все мы действительно машины времени. В детстве я тоже встречал ветеранов Гражданской войны!
119.11 КБ

Давным-давно жил человек, а имя ему было - Шенна. Был он сапожником. И был у него милый уютный домик у подножья холма со стороны тени.

История ШенныCollapse )

Огромное спасибо замечательной mutatiospiritus за подготовку и обработку картинок
Сегодня день победы над Германией. День, в который поставили точку в страшной невиданной до тех пор войне. Войне на уничтожение, войне на выживание. Войне, победа в которой избавила от смерти и рабства и дала возможность жить в своей стране.

Я хочу вспомнить в этот светлый и грустный день поэтов-фронтовиков. У них очень разные судьбы. Кто-то встретил войну признанным поэтом, кто-то стал поэтом, переосмыслив то, что отняла война. Кто-то так и не стал поэтом, за всю жизнь написав одну-две книжечки, в которых просто описал то, что видел. Одни умерли сразу после войны от ран. Другие через много лет от болезней, третьи погибли на этой войне и эти стихи, всё что осталось от их фронтовых мыслей и раздумий.

Объединяет их немногое: все они были там, все они сумели описать стихами то, что видели и чувствовали. Никого из них уже нет в живых.

ЮРИЙ БЕЛАШ

Мы могли отойти: командиров там не было.
Мы могли отойти: было много врагов.
Мы могли отойти: было нас всего четверо.
Мы могли отойти – и никто б нас не стал упрекать.

Мы могли отойти, но остались в окопах навеки.
Мы могли отойти, но теперь наши трупы лежат.
Мы могли отойти, но теперь наши матери плачут.
Мы могли отойти – только мы не смогли отойти:

за спиною Россия была...

СУДЬБА

Он мне сказал:
Пойду-ка погляжу,Collapse )

СЕМЁН ГУДЗЕНКО

Когда на смерть идут — поют,
а перед этим можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою —
час ожидания атаки.

Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв — и умирает друг.
И значит — смерть проходит мимо.
Сейчас настанет мой черёдCollapse )

КОНСТАНТИН СИМОНОВ

Горят города по пути этих полчищ.
Разрушены села, потоптана рожь.
И всюду, поспешно и жадно, по-волчьи,
Творят эти люди разбой и грабёж.

Но разве ж то люди? Никто не поверит
При встрече с одетым в мундиры зверьём.
Они и едят не как люди — как звери,
Глотают парную свинину сырьём.

У них и повадки совсем не людские,
Скажите, способен ли кто из людейCollapse )

ЕВГЕНИЙ ВИНОКУРОВ

ГЛАЗА
Взрыв. И наземь. Навзничь. Руки врозь. И
Он привстал на колено, губы грызя.
И размазал по лицу не слезы,
А вытекшие глаза.
Стало страшно. Согнувшийся вполовину,Collapse )

ПАВЕЛ ШУБИН
ПОЛМИГА

Нет,
Не до седин,
Не до славы
Я век свой хотел бы продлить,
Мне б только до той вон канавы
Полмига, полшага прожить;
Прижаться к земле
И в лазури
Июльского ясного дня
Увидеть оскал амбразуры
И острые вспышки огня.
Мне б только
Вот эту гранату,
Злорадно поставив на взвод...Collapse )

ВЯЧЕСЛАВ КОНДРАТЬЕВ

"СМЕРТНЫЙ" МЕДАЛЬОН

Он выдан нам - черный, блестящий,
Похожий на футляр от губной помады...
Впереди, значит, бой н а с т о я щ и й
И хранить его крепко надо.

В нем - фамилия, кровь по Янскому,
Возраст - двадцать коротких лет...
Почему же в нем нет, не ясно мне,
Графы для любимой нет?Collapse )

СЕРГЕЙ ОРЛОВ
Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,Collapse )

НИКОЛАЙ МАЙОРОВ

Нам не дано спокойно сгнить в могиле -
Лежать навытяжку и приоткрыв гробы,-
Мы слышим гром предутренней пальбы,
Призыв охрипшей полковой трубы
С больших дорог, которыми ходили.

Мы все уставы знаем наизусть.
Что гибель нам? Мы даже смерти выше.Collapse )

МИХАИЛ КУЛЬЧИЦКИЙ

Мечтатель, фантазер, лентяй-завистник!
Что? Пули в каску безопасней капель?
И всадники проносятся со свистом
вертящихся пропеллерами сабель.
Я раньше думал: "лейтенант"
звучит вот так: Collapse )

ЛЕОНИД ВИЛЬКОМИР

Моя – над миром синева,
Мои – деревья и кусты,
Мои – сомненья и мечты.
Пусть на дыбы встает земля,
Вопит, и злобствует, и гонит –
Меня к своим ногам не склонит,Collapse )

Сегодня давайте вспомним всех тех, кто дошёл до Берлина и тех, кто этой победы не увидел. Тех чьи мысли и переживания так никогда и не стали стихами. И тех, кто сохранил их для детей и внуков не только в рифмованных строчках, но и в рассказах о том, за что и как воевали, как умирали и как победили в страшной войне. Её нельзя забыть. Поэтому нельзя забывать и их. Благодаря им мы сегодня живы и можем говорить по-русски, радоваться весне, а кто умеет - писать стихи.

Помолчим за павших и умерших и поблагодарим живых. Их остаётся всё меньше.

Если у кто-то вспомнить хорошие стихи о войне, написанные поэтами и просто солдатами, теми, кто сам прошёл её и всё испытал - пишите сюда.

Мы вспомним их вместе. С праздником победы!
"...Конечно - смерть. - Гусев заговорил словно в
раздумьи. - Я об ней много думал, Мстислав Сергеевич. Лежишь в поле с
винтовкой, дождик, темно, почти что, как здесь. О чем ни думай - все к
смерти вернешься. И видишь себя, - валяешься ты оскаленный, окоченелый,
как обозная лошадь с боку дороги. Не знаю я, что будет после смерти, -
этого не знаю. Это - особенное. Но мне здесь, покуда я живой, нужно знать:
падаль я лошадиная, или я человек? Или это все равно? Или это не все
равно? Когда буду умирать - глаза закачу, зубы стисну, судорогой сломает,
- кончился... в эту минуту - весь свет, все, что я моими глазами видел -
перевернется или не перевернется? Вот что страшно, - валяюсь я мертвый,
оскаленный, - это я-то, ведь я себя с трех лет помню, и меня - нет, а все
на свете продолжает итти своим порядком? Это непонятно. Неправильно.
Должно все перевернуться, если я умер. С 914 людей убиваем и мы привыкли,
- что такое человек? приложился в него из винтовки, вот тебе и человек.
Нет, Мстислав Сергеевич, это не так просто. За семь лет свет разве не
перевернулся? Как шубу - кверху мехом - его вывернули. Это мы когда-нибудь
заметим. Так-то. Я знаю - в смертный час мой, - небо затрещит, разорвется.
Убить меня - свет пополам разодрать. Нет, я не падаль. Я ночью, раз, на
возу лежал, раненый, кверху носом, - поглядываю на звезды. Тоска, тошно.
Вошь, думаю, да я, - не все ли равно. Вше пить-есть хочется, и мне. Вше
умирать трудно, и мне. Один конец. В это время гляжу - звезды высыпали,
как просо, - осень была, август. Как задрожит у меня селезенка. Показалось
мне, Мстислав Сергеевич, будто все звезды - это все - я. Все - внутри
меня. Не тот я - не вошь. Нет. Как зальюсь я слезами. Что это такое? Да,
смерть - дело важное. Надо по-новому жизнь переделать. Человек - не вошь.
Расколоть мой череп - ужасное дело, великое покушение. А то - ядовитые
газы выдумали. Жить я хочу, Мстислав Сергеевич. Не могу я в этой темноте
проклятой..."

О разных простых вещах. Чуть-чуть


Устал человек
Счастье на каждый день
Жизнь как мозаика
И станет блеск
Время как бельгийская резина
Естественный отбор. До миллиона далеко
Литературная классика о русских интеллигентах
Человек и его цена
Работа
Этика повседневного поражения
В сети обсуждаются результаты интернет-опроса издательства Рэндом Хаус на тему "Лучший роман 20 столетия".
Одновременно тот же вопрос был поставлен перед комиссией экспертов-литературоведов.
Результаты можно увидеть здесь.

В опросе экспертов обращает на себя внимание большое количество романов Джойса, в том числе "Улисс" на первом месте. У читателей на первом и втором местах Эйн Рэнд, а в первой десятке Роберт Хайнлайн, Толкин и "Дюна".

Я бы назвал этот опрос "Наиболее влиятельный роман ХХ века". Вкусы у критиков и читателей явно разные.

На самом деле всё не так печально.

Победа таких разных книг многое говорит о разнице между литературоведами и нормальными людьми, но радует то, что по многим хорошим и интересным книгам с ярким живым языком эти списки совпадают.

Разница только в том, что во-первых, эксперты совсем не рассматривают фантастику, а во вторых, скорее именно за счёт фантастики, многие хорошие книги оказываются в обоих списках, но во втором списке (у читателей) чуть позже. При этом по тем книгам, которые совпадают, думаю у подавляющего большинства кого угодно вопросов не возникнет.

Меня же радует попадание на 76 место в списке читателей Бриана О Нолана (псевдонимы Флан О Брайен и Майлз на Гапалинь)с его романом AT SWIM-TWO-BIRDS, в русском переводе "О водоплавающих". Хороший роман. Не самый яркий и не самый смешной роман этого великолепного сатирика и философа, но само присутствие классики ирландской литературы радует!

А вообще хорошо бы составить список лучших русских романов, скажем с ХIХ века по сегодняшний день. А потом дать составить такую же сотню критикам, чтобы окончательно убедиться, как далеки они от народа.

Надо попробовать.

Tags:

Дождливым московским полднем вспоминается совсем другой полдень. В этот день 4 июля 1862 года (а тогда была пятница), 142 года назад в первом часу пополудни преподаватель матнматики колледжа Крайст-Чёрч в Оксфорде тридцатилетний Чарльз Лютвидж Доджсон и его друг, член научного совета Тринити-Колледжа Робин Дакворт отправились на лодочную прогулку вверх по Темззе вместе с тремя дочерьми ректора Лидделла - тринадцатилетней Лориной, девятилетней Алисой и восьмилетней Эдит.

Алиса первой попросила тогда мистера Доджсона рассказать сказку. Путешественникам ещё предстоял пикник на берегу в Годстоу, но девочки хотели услышать интересную и ужасно длинную сказку, которой хватило бы не только на пикник, но и на всю дорогу домой. И чтобы она обязательно началась прямо сейчас! Мистер Доджсон немного подумал, а потом в отчаянной попытке придумать что-нибудь ужасно новое и интересное, отправил героиню сказки - маленькую Алису - вниз по кроличьей норе, не имея ни малейшего понятия о том, что случится с ней потом...

С утра прошёл дождь, по берегу стелился туман, день был тёплый и солнечный. Припекало и спать хотелось очень. И весь этот день мистер Доджсон рассказывал и рассказывал сказку, которую придумывал на ходу - и в лодке по дороге на пикник, и на самом пикнике, и по дороге домой, а вернулись они обратно только в половине десятого вечера. И тогда Алиса Лидделл попросила записать для неё эту сказку, потому что сказка была совсем особенная. И мистер Доджсон согласился, сам ещё не зная, что из этого выйдет.

Первую рукопись Чарльз Лютвидж Доджсон писал крупными печатными буквами, сам делал к ней рисунки, а потом подарил рукопись Алисе. Тогда она ещё называлась "Приключения Алисы под землёй" Когда в декабре 1865 книжка вышла в свет, то на обложке впервые появилось более известное нам имя Льюис Кэрролл. Тогда-то и познакомились дети с той замечательной сказкой, на которой позже росли их собственные дети, внуки и правнуки. Сначала в Англии, а потом и по всему миру. И как же здорово, что на этой странной, доброй, волшебной сказке выросли и многие из нас. Ведь сказка-то особенная. И она всегда остаётся с нами, потому что не кончилась даже тогда, когда очнулась от летней дрёмы девочка на берегу реки. А началась она когда-то 4 июля...

Июльский полдень золотойCollapse )



Синяя гусеница даёт совет

Ещё из заметок об Алисе

Все русские переводы сказок Кэрролла об Алисе

Уолтер Де ля Мар об Алисе

Tags:

Есть в мире пары великих или талантливых, которых, как бы ни объединяла их жизнь или творчество, никогда не получается и не получится поставить вместе.

Они могут быть лично знакомы друг с другом или никогда не встречаться, быть непримиримыми соперниками или хорошими друзьями. Главное не это. Главное, что именно в них, в их подходе к миру, к жизни к творчеству есть глубокое или даже глубинное несовпадение. Они исходят из разных, а часто вообще противоположных пониманий именно основ мира, человека То, что важно для одного, абсолютно не важно для другого. Так, как делает один, никогда, ни за что и ни при каких условиях не будет делать другой.
И если эти двое занимаются одним и тем же,(а это почти всегда так), даже, если они современники (а они очень часто современники), даже если между ними есть поверхностное сходство по каким-то критериям,(а оно вполне может быть) тем сильнее проявляются их различия.

Виднее всего такие пары нам - обычным зрителям, слушателям, читателям отметить в творчестве в музыке, в литературе, может быть в живописи или кино. Конечно, можно, например, найти такие несовпадающие пары в истории, имея в виду каких-то деятелей, по разному ведущих себя в одинаковых обстоятельствах. Но в творчестве, в чужом творчестве глубинные различия виднее.
И мы между этими различиями делаем выбор за то, что нам ближе.

Иногда, правда, бывает, что из двух выразителей какого-то чистого (пусть и не одномерного)начала, для нас не важен ни один, но глубинной оппозиции это не снимает. Просто в этой ситуации для нас конкретно оба будут хуже.

А теперь предлагаю поиграть в маленькую игру, чтобы разнообразить себе утро понедельника. Вот пять несложных правил:

1 Вы можете спросить меня о любой из упомянутых мной пар или просто упомянуть вспомнившиеся вам.

2 Оставив у меня любой комментарий, вы публикуете собственный список несовпадаемых пар у себя в журнале. Те, кто вам ближе, называются первыми.

3 Список пишется по любым интересным вам видам человеческой деятельности. Повозможности не задумываясь. Но как только вы доходите до пары, в которой и сходство и различие вы объяснить можете, но в которой вам не близок ни один, вы либо переходите к следующему разделу, либо останавливаетесь.

3 Вы отвечаете любому, из оставивших у вас комментарий.

4 Если вас спрашивают о какой-то паре, вы должны суметь ответить: кто это, в чём их сходство, в чём их основное различие или различия, и чем один вам ближе другого.

5 Оставившие у вас комментарий продолжают игру у себя в журнале с указанием этих правил и возможно,ссылки на те журналы, откуда пришла игра и просто, где можно посмотреть интересные пары.


Итак, Мои фатальные пары. Победители названы первымиCollapse )

Ну что - поиграем?
Сказки Кэрролла об Алисе в течение двух последних столетий переводились на русский язык четырнадцать раз. Первый перевод "Алисы в стране чудес" появился в России в 1879 году в типографии Мамонтова. Переводчик остался неизвестен. Тогда Алиса была названа соней (это, конечно же, не имя собственное, а просто указание на то, что вся сказка происходила во сне). Гангстрем в 1908 и Набоков в 1923 году перевели имя героини более понятным тогда для русских детей и назвали девочку Аней. Во всех остальных переводах она осталась Алисой.

Первый известный перевод "Алисы в Зазеркалье" появился уже после революции в 1924 году в Петрограде.

Современную эпоху в истории переводов "Алисы" открыла версия Н.М. Демуровой со стихами в переводах Маршака и Орловской. Практически Демурова стала первым переводчиком, который перевёл на русский язык обе сказки. Перевод был дополнен подробнейшими комментариями Мартина Гарднера из его "Анотированной Алисы".
Кроме неё это позже сделали А.А. Щербаков и В.Э. Орёл, но их переводы не так известны. У переводов "Алисы в Зазеркалье" Щербакова были журнальная и более полная книжная версии.
Борис Заходер сделал скорее пересказ "Алисы в стране чудес", заменив многие английские шутки и стихи похожими по настроению русскими. При этом многие считают пересказ Заходера переводом, и у этой версии тоже много своих горячих поклонников. Последняя в ХХ веке версия приключений Алисы также была пересказом двух книг, который опубликовал в самом начале девяностых в журнале "Пионер" Л. Яхнин.

178,73 КБ


Библиография. Русские переводы сказок Кэрролла об АлисеCollapse )

Большинство появляющихся сейчас изданий "Алисы в стране чудес" и "Алисы в Зазеркалье" это переиздания известных переводов Демуровой, Щербакова и пересказа Заходера.

А в каком переводе вы впервые прочитали сказки об Алисе? А какой любите больше других и за что? А может быть за последние годы появились новые?

Tags:

Я всегда подозревал, что выносливость и презрение к боли у японцев должны воспитываться особым образом. Жёстко, но весело. С шутками, с хохотом, с весёлыми задачками. Навиду у всех. Чтоб каждый японец оценил.

Шестеро мужественных понцев одетые в весёлые разноцветные кимоно, стоят на сцене и повторяют японскую скороговорку:

Тай-тай, кчки-чиги... (в общем, "на дворе трава")

Два арбитра внимательно смотрят, не сбился ли испытуемый. Один даёт команду и следит за соблюдением правил, другой держит табличку со скороговоркой.

Повторил скороговорку - вот тебе всеобщее одобрение, признание и аплодисменты японской публики.

Не повторил - вот тебе, гм... ТАЙ ТАЙ! в общем, извини...

Я не спрашиваю, почему в этом случае так весело публике. Вот он - простой и мужественный японский юмор.

Я хочу спросить у тех из вас, кто знает японский язык:

1 Что написано на табличке? Может это даже не скороговорка?

2 Что говорил участник в красном, которому долго не хотелось выполнять условий конкурса?

3 Перед скороговоркой стоит цифра 1. Это значит, что у этого конкурса будут ещё этапы?
Может, кто-то знает эту японскую телепередачу и понимает её смысл?

Это японская программа "А ну-ка, парни!"?
Это кубок памяти Сергея Лазо?
Какие наказания есть для участников на дальнейших этапах?

Тай-тай...
Говорите медленно, а думайте быстро.

Не судите о людях по их родственникам.

Когда вы говорите: «Я тебя люблю», - говорите правду!

Когда вы говорите: «Я сожалею», - смотрите человеку в глаза.

Никогда не смейтесь над чужими снами и мечтами.

Давайте людям больше, чем они ожидают, и делайте это радостно.

Всегда держите в голове свое любимое стихотворение.

Не верьте всему, что слышите, тратьте все, что имеете, спите, пока не выспитесь.

Великая любовь и огромные достижения всегда требуют большого риска.

Когда вы проигрываете, постарайтесь извлечь из этого урок, а то и пользу.

Уважайте себя, уважайте других, отвечайте за все свои поступки.

Не позволяйте маленькому спору разрушить большую дружбу.

Когда понимаете, что сделали ошибку, постарайтесь не замять ее, а быстро исправить.

Каждый день проводите некоторое время в одиночестве.

Будьте открыты для обмена, но не выпускайте из рук ваши ценности.

Иногда молчание - лучший ответ.

Читайте больше книг.

Верьте в Бога, но всегда запирайте свою машину.

В спорах с любимыми обращайтесь к текущей ситуации. Не припоминайте прошлое.

Читайте между строк.

Делитесь своими знаниями с детьми. На сегодня это единственный известный способ достичь бессмертия.

Будьте нежны с землей. Не мусорьте.

Никогда не перебивайте, когда вам льстят.

Не вмешивайтесь в чужие дела, не давайте пустых советов.

Не доверяйте тем, кто целуется с вами, не закрывая глаз.

Раз в год отправляйтесь туда, где вы не бывали.

Если вы заработаете большие деньги, часть из них употребите на помощь другим.

Помните, не получить желаемого - это иногда и есть везение.

Слушайтесь докторов, но учитесь нарушать некоторые из их запретов.

Оценивайте свой успех по тому, чем вам пришлось пожертвовать, чтобы добиться его.

Ваше «я» - и есть конечная точка вашего путешествия.

Ну и последнееCollapse )
Идёт в поле поп и видит молодого косаря. Косит работник поле, а к ногам колокольчики привязаны. Прикаждом шаге звенят. Удивляется поп:

- А скажи, отрок, почто у тебя к ногам колокольцы привязаны?
- Я, батюшка, всякую живую тварь люблю: и птичку, и зверушку. Не могу им боль причинить. А не дай Бог человек в поле уснёт - рожь высокая, сразу не видать. А так колокольцы звенят, всем слышно, что косарь идёт, и никому вреда не будет.
- Да ты, сын мой, через такую добрую душу поди и грехов-то не имеешь? А если случайно грешен в чём, покайся. Я тебе прямо в поле все грехи отпущу.

Каюсь, батюшка, грешенCollapse )
Уважаемый Удод В ответ на вопрос о Паустовском, читает неоконченный рассказ Гайдара и ругает его довольно стадартные для ранних советских писателей псевдоеврейские эксперименты со стилем в стиле Бабеля.

Странно, но для меня Аркадий Голиков совсем не в этом. Просто разазница большая. И между Гайдаром и Бабелем, и между Гайдаром и тем же самым "ирландским шпионом" Фраерманом, и между ними всеми и Паустовским. При всём схожем во времени и условиях
И не только в том разница, как они писали. Прежде всего в том, как и для чего жили. У меня никогда не поднимется рука кинуть камень в человека, который в шестнадцать лет командовал полком (вы бы не смогли такого, я тоже), а погиб, поднимая в атаку отделение при прорыве из немецкого окружения. Пулемёт хорошо был поставлен. Не его в том вина. А его заслуга и искупление в том, что он всю жизнь верил в то, что всей жизнью утверждал. Так и писал, как верил. И писал очень по-разному. Важно только отрешиться от факта школьной программы в детстве и позднесоветского гайдаровского пафоса. И можно увидеть разницу.

Паустовский был очень хорошим писателем. Писал легко, многословно и красиво. Как кружева плёл. И люди его любили. Это было продолжение русской классики и понимания русской природы+. Жаль забывают его незаслуженно. Почитайте Паустовского летом. Прежде чем в лес гулять идти.

Фраерман писал трудно и в трудности своей собою любовался. Вот у него как раз местечковый еврейский язык в сочетании с красивостями синтаксиса достиг верха натужности. У него достигло махрового совершенства то, что у Гайдара только проклёвывалась в некоторых текстах. И читал Фраерман тяжело, хоть и вёл у детей литературные кружки. Потому кроме одной большой книги, написанной странным языком, ничего серьёзного не написал. Впрочем, кто такой Фраерман, я уже подробно рассказал.

А Гайдар это не просто фанатик-кавалерист. Это очень хороший и искренний детский писатель. Это прежде всего последний (хотя и не единственный) красный мистик и сказитель. Детский Бажов нового мира.
Абсолютно естественный. И читал он так же. Вот как вспоминал об этом Симонов:"В чтении его не было ни пафоса, ни сложности, ни декламации. Иногда он делал паузы, которые давали возможность пережить происходящее... Казалось, он не читал, а рассказывал о действительно случившемся и очень-очень для всех нас важном".
И не важно, что сын у него случился посредственный корреспондент, а внук - закомплексованный сытый подлец из чикагских мальчиков-монетаристов, с детства привыкший к хорошему питанию за счёт других. Это судьба большинства детей и внуков, закономерно выросших на всём готовом, за счёт дедов. Энергия деда была растрачена, природа хорошо отдохнула на детях, которые закономерно были способны только тянуть на себя, там, где дед отдавал (в том числе жизнь и здоровье). В трагедии Гайдара-деда для нас важно не это.
Важно, что Аркадий Голиков действительно знал волшебное слово. Для детей и для взрослых. То самое слово и веру в труд и в создаваемое сейчас своими руками будущее, которыми пронизана эпоха, когда хозяев заставили дрожать и бояться, чтобы согнать их с шеи тех, кто работал. Тогда казалось навсегда. Беда только, что побеждённые хозяева свои выводы сделали (и хорошие выводы, такие, что без революции им ни в жизнь бы не сделать), а победители так и не сумели. Себе на беду.
Но Аркадий Голиков и этого до конца не застал. И за “РВС”, "Судьбу барабанщика", ”Горячий камень”, "Дым в лесу", "Короткие рассказы", даже за "Тимура и его команду" за мистику честной жизни, труда и самопожертвования, за готовность к трудной жизни, от которой сам не бегаешь, ему можно простить не только неудачные эксперименты со стилем, но и многое другое.
Потому что на его сказках и рассказах не стыдно воспитывать детей. Потому что в них есть волшебное слово, вера в человека и тайна. Вне времени.
И за "Судьбу барабанщика", ”Горячий камень", за "Дым в лесу", "Короткие рассказы" ему можно простить не только неудачные эксперименты со стилем, но и многое другое в его непростой молодости.
"И на что мне иная жизнь? Другая молодость? Когда и моя прошла трудно,но ясно и честно!"

P.S. "А что на этом заводе делают, этого мы не знаем. А если бы и знали, так не
сказали бы никому, кроме одного товарища Ворошилова."

P.P.S. А больше я вам ничего не скажу. Пусть за меня Гайдар говорит.

Василий КрюковCollapse )

Горячий каменьCollapse )

Пойду смотреть Сванидзе

Ты кто?

Kto ty jesteś?
- Polak mały.
Jaki znak twój?
- Orzeł biały.
Gdzie ty mieszkasz?
- Między swemi.
W jakim kraju?
- W polskiej ziemi.
Czym ta ziemia?
- Mą ojczyzną.
Czym znaczona?
- Krwią i blizną.
Czy ją kochasz?
- Kocham szczerze.
A w co wierzysz?
- W Boga wierzę.


Немного о Владиславе Белзе и его стихотворенииCollapse )

Конечно, как и любая официальная (пусть и детская) патриотическая лирика, этот стишок породил массу ехидных переделок. Например, когда в рамках СЭВ на долю Польши приходилась большая часть экспорта мяса в другие соцстраны, и злые языки, понятное дело, говорили, что потому в стране мяса и не хватает, у стишка появилось такое продолжение:

- Gdzie to mięso?
- W obcym kraju
- W jakim kraju?
- JA NIE ZNAJU...

Мне больше запомнилась типично варшавская сцена, когда отчаявшаяся жена пыталась пристыдить мужа, бывшего в изрядном подпитии:

- No i kto ty jesteś?!
- P-Polak mały!

Я пишу сегодня про этот стишок не потому даже, что сегодня в Польше отмечается национальный праздник, и множество малышей снова радостно прочитает этот стишок в школах и детских садах. А скорее потому, что у нас к сожалению нет на первый взгляд ничего не значащих стишков, которые с детства учат ребёнка чувствовать принадлежность к своей стране и своей культуре. Радость и гордость свою историю, за жизнь среди своих, ощущения причастности к Родине. И своего Владислава Белзы у нас тоже нет...
И хотя решают, конечно же,не стихи, всё равно немножко грустно.

Спросите своего маленького ребёнка - кто он.

Хотя бы ради интереса.
Советский писатель Рувим Исаевич Фраерман писал трудно. Собственно, в своём предисловии к написанной им же повести он прямо так и сказал:

"Как я писал "Дикую собаку Динго"? В самом деле, как пишутся книги? Вероятно, каждый пишет по-своему, и отдельные книги тоже пишутся по-разному. Могу только сказать, что легко я никогда не писал. Я всегда писал трудно. Да и большинство моих друзей - Платонов, Гроссман, Лоскутов, Гайдар - писали тоже трудно. А Фадеев - я сам это видел, когда был с ним, с Павленко и Гидашом в командировке на Дальнем Востоке в 1934 году - рыдал, если не мог схватить нужное звучание строки... Русское слово, прихотливое, непокорное, великолепное и волшебное, - величайшее средство сближения людей. Оно, слово, показывает нам, как прекрасна земля, небо, люди, звери и птицы".

Поскольку писал писатель трудно, написал он всего одну большую и хорошо известную повесть. О первой любви.
Девочка Таня Сабанеева, мечтающая о дикой собаке Динго, живёт вместе с мамой на Дыльнем Востоке и в маленьком городке у заставы пограничников, где они остались после развода мамы и папы. Летом Таня отдыхает в пионерском лагере, в одном отряде с мальчиком Филькой сыном нанайского охотника-промысловика. Фильке Таня очень нравится, а Таня с ним дружит.

Потом из Москвы приезжает папа с новой семьёй, то есть с новой женой и приёмным сыном Колей. Коля и Таня за 150 страниц школьной жизни и приключений проходят путь от неприязни до той самой первой любви, при этом обещанная собака Динго так и не появляется. Классический треугольник заканчивается тем, что Таня с мамой решают гордо уехать и "не мешать чужому счастью", оставляя остальных персонажей книги в недоумении. Всем хуже. Занавес.
Повесть о первой любви была популярна у наших бабушек и дедушек, а позже у мам и пап. Она неоднократно печаталась в детских журналах с самыми разными замечательными иллюстрациями, и, быть может, была самой известной "школьной повестью". Она обеспечила писателю Фраерману достойную старость и место руководителя литературного кружка в Доме пионеров на улице Стопани в Москве. Оттуда даже вышло несколько неплохих детских писателей. Так что судьбу повести, в отличие от судеб героев, можно считать счастливой.

Но, на мой взгляд, самое главное в ней не сюжет, не популярность, а то, какими словами она написана. Более того в этом для меня крылась загадка, тайна связывавшая детского писателя Фраермана и непокорное русское слово. Тайна, которую я только недавно смог раскрыть, и которой с радостью поделюсь с вами.
Может быть, именно в силу своей прихотливости, непокорности и великолепия, русское слово давалось писателю Фраерману с трудом, даже в единственной его большой повести о первой любви в пионерском лагере.

Интересно, что, когда читаешь внимательно "Дикую собаку динго, или повесть о первой любви", обычных русских слов обычно как раз и не хватает. На их место быстро приходят другие.
Ведь мало того, что не только родители, но и сами главные герои - двенадцатилетние дети изъясняются на страницах повести исключительно полностью укомплектованным и развёрнутым во всей боевой готовности, как застава тех самых пограничников, литературным книжным языком, полным деепричастных и причастных оборотов. Мало того, что по количеству придаточных предложений в описаниях природы эта повесть может соперничать с романами Толстого. Мало того, что все предложения в ней практически всегда полные, а прилагательные почему-то наоборот краткие…
Интереснее всего, что и в разговорах детей, и в описаниях природы встречаются таинственные предложения. Написаны они вроде бы по-русски, но порядок слов в них такой, который в русском языке вообразить можно с трудом.

Порядок слов у Фраермана часто практически фиксированный, при этом неопределённые формы глагола, обстоятельства места и объекты (прямые и косвенные дополнения) в этих странных предложениях всегда стоят на последнем месте и часто распространяются абсолютно лишними для русского уха личными, указательными и притяжательными местоимениями.
Прилагательные почти всегда в краткой форме.
Вопросительные предложения обязательно щеголяют частицей «ли» и усиливаются отрицанием.
Иногда из всех этих предложений складываются целые абзацы и диалоги, строгие, подчинённые неуловимому порядку и неясной логике. Уловить за ними содержание вообще бывает нелегко:

«Разве ты не слышала горна? Почему же ты не спешишь?»

«А ведь, никак, уже строятся на линейку- сказала она. Тебе следовало бы, Филька, прийти в лагерь раньше меня, потому что, не посмеются ли над нами, что мы так часто приходим вместе?»

«Она пересекла дорогу и вбежала в лагерь, легко перескакивая через канавы и кочки, так как была проворна».

«У неё был голос приятный для слуха, но пусто было вокруг»

«Она вошла в него смело».


Сперва это меня просто немного раздражало, потом начало удивлять. А позже мы вместе с mutatiospiritus поняли, что здесь скрыта какая-то глубоко личная тайна писателя Фраермана. Тайна, навсегда вставшая непреодолимой стеной между ним и русским словом, которое он искренне любил, но не сумел постичь. Тайна, гнувшая к земле неукротимый могучий творческий дух Фраермана и заставлявшая его «писать трудно».

Одновременно с этим, меня терзали смутные сомнения. Я понимал, что все эти шеренги обязательных «он, его, у него, тот, этот, твой, свой», намертво прилепленные к существительному, мне знакомы. Все эти дополнения и обстоятельства, вопреки здравому смыслу вставшие насмерть, словно пограничники, на последнем месте в предложении, как на последнем рубеже, я уже где-то видел. Все эти эмоциональные всплескивания руками при отрицании в вопросительных предложениях выражают нечто нерусское, но близкое и до боли знакомое. Всё это милое, душевное, но в отношении языка абсолютно нерусское ощущение у меня уже возникало, хотя с писателем Фраерманом оно никак не связано. Но здесь тоже оно. Оно самое. Я не спал ночами, перечитал текст несколько раз, и тут меня наконец осенило:

Писатель Фраерман – ирландский шпион!Collapse )

Русские офени (1)

Русские офени.

Русь перехожая. Мазыки хрусты шишлили, а по фене ботали.

История офеней началась в XV веке – примерно за сто пятьдесят лет до распространения в России их ремесла и секретного языка. В то время на Русь переселилось значительное количество греков. Большинство из них занялось торговлей. При этом, чтобы русским было понятнее, все они называли себя выходцами из Афин: названия других греческих городов народ на Руси не особо и помнили. Русские люди и называли греческих торговцев по их самоназванию афинянами, то есть офинянами, офинеями или офенями.

В то время по святой Руси скиталось немало самого разного народа, вся жизнь которого была сопряжена с постоянными путешествиями и опасностями: бродячие музыканты, ремесленники, скоморохи, мелкие торговцы, старцы, проходившие путями паломников от монастыря к монастырю. На дорогах и в корчмах постепенно формировался тайный язык купцов и путешественников, позволявший скрыть от чужих ушей нужные только своим сведения: ориентиры на дороге, цены на товар, описание приёмов ремесла. Но в те времена ни сами перехожие люди, ни их язык ещё не были особым сообществом, и, скорее всего, сами себя ещё не причисляли к особому, понятному только им миру. Понадобилось более ста лет, чтобы на русских дорогах появились бродячие торговцы книгами и иконами, которые, переняв от странствующих скоморохов, купцов и ремесленников уклад жизни, а от старцев-паломников книжную премудрость и многочисленные греческие слова, стали считать себя отдельным тайным миром внутри Руси. Сами себя они по старой памяти называли офенями, приняв по наследству как одно из самоназваний прозвище греческих торговцев-книжников. Хотя сами офени и вкладывали в это название уже другой смысл. Мир офеней возник словно из ниоткуда и ушёл в никуда, оставив после себя лишь странный язык. Этот тайный профессиональный язык назывался феней.

Почти двести пятьдесят лет странствующие торговцы иконами и книгами жили в России по своему укладу и описывали мир на языке, впитавшем в себя вместе с самыми разными, часто замысловато изменёнными русскими словами многочисленные греческие, польские, тюркские, мордовские заимствования. Несмотря на то, что, начиная с 19 века, языком офеней занимались самые известные русские языковеды, он сохранил массу загадок, разгадки которых ушли вместе с офенским ремеслом и торговлей

До сих пор многие из нас, ни о чём не подозревая, употребляют в повседневной речи именно слова из русской фени, которые ещё через двести лет, смешавшись с профессиональным жаргоном еврейских уголовников, стали звучать чуть иначе или наоборот, сохранив звучание со времён бродячих книжников, поменяли своё исходное значение, и дали начало «блатной музыке».
Лох, мастырить, коцать, бухать,кимарить, халява, стрём, хилять, манатки, хилый, башлять, шиш, клёвый, шпаргалка... До сих пор эти странные слова живут с нами, исподволь напоминая об ушедшей культуре русских ходебщиков и коробейников. Которая, конечно же, возникла не на пустом месте.

Офени. Мазыки. Суздала. Расцвет офенского мира.Collapse )

Офенская феня. Лохи биряли клоги и гомзаCollapse )

Такими были офени и их язык в XVIII веке. А о том, как изменилась их жизнь во второй половине века девятнадцатого, как феня в городах стала частью воровского жаргона, и где можно встретить этот язык в наши дни, я напишу в следующий раз.
Объявлены результаты конкурса по поиску самого красивого слова немецкого языка.
Им стало слово-выражение "Habseligkeiten" - пожитки. За ним - "защищенность", "любить",
"мгновение" и "мармелад из ревеня".

Слово-выражение "Habseligkeiten" соединяет в себе "обиходные вещи с
недосягаемыми целями человеческого стремления к счастью". Словари переводят его
просто как "пожитки, вещи, скарб", но здесь имеется в виду несколько иная
семантика. Это слово буквально пропитано теплом, добротой и искренностью.

На втором месте слово "защищенность" (Geborgenheit), за ним следует глагол
"любить" (lieben). Почетные места достались также словам "мгновение"
(Augenblick) и "мармелад из ревеня" (Rhabarbermarmelade).

Самым прекрасным словом из детского языка было выбрано "стрекоза" (Libelle).

Как пишет Deutsche Welle, всего было получено около 23 тысяч предложений из 111
стран. "Такой резонанс показал, как высок интерес к немецкому языку", - сказала
президент Института имени Гёте Юта Лимбах. Поэтому этот интерес необходимо
поддерживать.

65% заявок-предложений поступило от женщин. Возможно, поэтому чаще всего было
предложено слово "любовь" (Liebe). За ним по частоте номинаций следовало слово
"добродушие" (Gemutlichkeit), страстное желание (Sehnsucht) и родина (Heimat).
Критериями оценки жюри были эстетика языка, звучание и значение
слов-претендентов, а также обоснование предложения. Авторов заявок-победителей
наградили путешествиями, сертификатами на посещение языковых курсов и словарями.


В жюри вместе с Ютой Лимбах работали певец Херберт Гренемайер и писатель Уве
Тимм. Советом по немецкому языку, который был образован в 2003 году, уже
объявлен конкурс будущего года. В Совет входят Институт немецкого языка из
Мангейма, Общество немецкого языка из Висбадена и Институт имени Гёте.

Избранные письма участников конкурса этого года уже в понедельник вышли
отдельной книгой "Самое прекрасное немецкое слово".

А какое для вас самое красивое слово в нашем, русском языке?
Одна сказка, написанная филологом, увлекавшейся Германией, была литературной (в стиле Гофмана). Я же написал "народную" (под братьев Гримм)

Два студента. Немецкая литературная сказка Collapse )

Глупый Ганс и умный Генрих. Немецкая народня сказкаCollapse )

Старая притча о дружбе

Два друга мотыжили землю. Вдруг мотыга одного из них ударилась обо что-то твёрдое. Он поднял кусок золота, посмотрел на него и отбросил, как черепицу.
Два друга сидели на циновках и читали книги. Вдруг мимо проехала повозка знаменитого вельможи. Один из них поднялся и с завистью посмотрел ей вслед. Тогда другой отодвинул от него свою циновку в сторону и сказал:

- Ты мне больше не друг!

У них не было расхождения во взглядах на золото, на богатство. Они знали и более высокие ценности. А вот что касается славы и положения в обществе, тут они расходились по-настоящему. Поэтому тот, кто отодвинул циновку, не стал дожидаться года, дня и часа, когда друг, не выдержав испытания славой, предаст его.

Вот почему ни взгляд, ни улыбка, ни шутка, ни слово, даже если мы этого не замечаем, на самом деле не могут проходить бесследно. Можно назвать это чрезмерно высокими требованиями друг к другу. А можно сказать, как велика радость соответствия этим высоким требованиям. Радость, даруемая не каждому. Радость сильных чувств, рождённых чистыми красками :)

О воблах и печати

Про воблу в журнале

Плыла в облачках вобла в очках
Листала журнал с интересом
Вдруг видит рассказ - о воблах как раз
Писал знаменитый профессор:

Что воблы не могут летать в облаках
Что воблы вообще не бывают в очках
Что вобла с журналом в очках это вздор
И верить подобному вздору - позор!

И вобла решила по небу не плыть
И даже очки перестала носить
И больше журналов она не читает:
ОБИДНО ЧИТАТЬ, ЧТО ТЕБЯ НЕ БЫВАЕТ!!

Latest Month

November 2014
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Page Summary

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Naoto Kishi